Мало открыть памятник, нужно его еще сохранить. Для Керченского историко-культурного заповедника, как и для остальных организаций подобного типа, это утверждение — не просто аксиома, а и суровая ежедневная действительность. Если учесть, что на территории Керчи расположены памятники национального значения, то и их охрана тоже выливается в национальную задачу. В связи с этим немаловажным стал прошедший внашем городе второй международный коллоквиум «Античный город: проблемы сохранения архитектурно-археологических комплексов», организованный Керченским историко-культурным заповедником, благотворительным фондом «Деметра» и Институтом археологии АН Украины.
Основные вопросы, рассматривавшиеся на коллоквиуме, стали темой нашей беседы с директором Керченского заповедника Н. В. Галченко. Она отметила, что участие в нем председателя Госслужбы по охране культурного наследия Я. Я Кучурука, а также ведущего инженера Укрпроектреставрации г-на Тимченко было очень важно для обозначения путей решения самого больного для Керчи вопроса — сохранение археологических объектов между периодами раскопок. В первую очередь это касается охраны античных городищ.
— На сегодняшний день в составе заповедника шесть античных городищ, из них исследуются пять, — рассказывает Наталья Валентиновна. — Для их первичной охраны важное значение имеет наличие ограждения — тогда есть что спрашивать со смотрителя и можно предъявлять требования к нарушителям.
— Я так понимаю, что несанкционированные раскопки и деятельность черных археологов по-прежнему для вас большая проблема...
— Да, очень большая. К сожалению, остановить это невозможно ввиду того, что несовершенно законодательство. И даже когда нарушитель пойман, что называется, с поличным, применить к нему закон получается сложно. Я за свою многолетнюю практику не помню ни одного случая, чтобы кто-то понес наказание. Зачастую археологические экспедиции большую часть сезона дочищают за грабителями. Самое ужасное, что и кости выворочены и брошены. Нарушено все, что можно, потеряна научная информация.
— На Западе как решают этот вопрос?
— Там существуют специальные государственные службы на уровне военизированной охраны, причем это люди, владеющие информацией. У нас такой охраны нет. Очень страдают от черных археологов раскопки Николая Игоревича Винокурова в поселении Артезиан, городище Илурат, где копает Владимир Андреевич Хршановский. Наибольший ущерб терпят памятники за пределами города.
— Очевидно, не только наши памятники страдают?
— Конечно, это проблема общая. Что говорить о Керчи, если даже в Херсонесском заповеднике, где небольшая территория и есть военизированная охрана, вандалы опрокидывают античные колонны.
— И какой выход предлагают заповедники, чтобы сохранить свои объекты?
— Я и мои коллеги, в частности, из Ольвийского и Херсонесского заповедников, сходимся во мнении, что пока не будет создана государственная специализированная охрана, самим заповедникам, особенно таким, как наш, имеющий обширные территории, вопросы охраны не решить. Должно быть конкретнее и жестче законодательство.
— Кто работал в этом сезоне на археологических объектах Керчи?
— Работали ведущие учреждения и музеи России: Государственный Эрмитаж, Музей истории религии, Институт материальной культуры, экспедиции российского Института археологии — в общем, те, кто традиционно исследует наши памятники. Также работали крымские экспедиции, в частности, Институт востоковедения на Тиритаке (руководитель доктор исторических наук В.Н. Зинько).
В этом году появился новый объект археологических исследований — площадка под строительство будущего музея на ул. Свердлова, где вели раскопки сотрудники Института востоковедения под руководством доктора исторических наук А. И. Айбабина. Здесь был открыт средневековый некрополь с очень интересными находками, рыбозасолочный комплекс, который частично ушел под фундамент хлебного магазина. Город и руководитель хлебокомбината пошли нам навстречу, и в декабре это здание будет убрано, и начнется следующий этап раскопок.
— А какие работы ведутся в Пантикапее?
— На Пантикапее работал Владимир Петрович Толстиков, руководитель археологической экспедиции московского Музея истории изобразительных искусств им. Пушкина. Там собран прекрасный материал по акрополю, оборонительным сооружениям Пантикапея, проделывается большой объем консервационных мероприятий. И эти раскопки тоже сильно страдают от вандалов — опрокидывают такие камни, что диву даешься. Мы кран вызываем, чтобы их поставить.
Коллоннада Пританея — это визитная карточка нашего города, и сейчас назрела необходимость провести ее реставрацию — достаточно сложную как в плане объема и характера, так и в плане финансирования. Кроме того, нужно найти специалистов по строительному камню, которых в Украине нет.
— Если Керчь станет курортным и туристическим центром, то насколько будут конкурентноспособны наши памятники?
— Наши памятники будут конкурентноспособными, если в них будут сделаны определенные вложения. А сегодня бюджетное финансирование не позволяет этим заниматься. Конечно, что-то мы делаем по благоустройству памятников — в этом году значительно улучшили состояние музея в Эльтигене, отремонтировали сторожку на Пантикапее, начали работы по обновлению экспозиции в Аджимушкае. Пятая часть заработанных нами средств уходит на получение госактов на землю — это тоже своеобразная защита и охрана памятников. Мы, как и все, платим за согласования и документы, и преимуществ у нас никаких нет. Один госакт мы получаем обычно в течение двух лет — это очень долго.
— А государство в этом разве не заинтересовано?
— Существует государственная программа по отводу земель историко-культурного назначения, но финансово она не обеспечена.
— У нас есть уникальная коллекция лапидарных памятников, которая сама по себе интереснейший объект показа...
— Если вы помните, лапидарная коллекция долго хранилась под открытым небом в десяти разных местах. И спасибо городу, что дал нам здание бывшего кинопроката. И спасибо спонсору, что выделил немалые деньги для того, чтобы привезти все в одно место и хранить там. И спасибо нашему прекрасному коллективу, который провел огромную научно-исследовательскую работу — уже вышел в свет первый каталог из собрания нашей лапидарной коллекции — совместный проект нашего заповедника, благотворительного фонда «Деметра» и Национального музея Варшавы. Готовится к изданию второй том.
Но показывать лапидарий всем желающим сейчас нельзя. Дело в том, что здание было построено с технологическими нарушениями. Там помимо того, что нужно делать ремонт — мы сделали только кровлю, — необходимо провести очень дорогостоящие мероприятия по укреплению фундамента.
А вот когда мы построим новое здание музея, и у нас будет 1200 кв. метров экспозиционных площадей, тогда лучшие образцы пойдут, конечно, туда. Даст Бог, этот проект осуществится, а если еще и поможет государство, то осуществится точно (сейчас работы идут только за благотворительные взносы), и Керчь получит самый крупный археологический музей в Украине.
— В СМИ несколько раз мелькала информация, что фрески знаменитого склепа Деметры давно погибли... В каком состоянии находится этот памятник I века нашей эры?
— Сейчас температурно-влажностный режим в склепе стабилен, стабильна и роспись. Но для того, чтобы приступить к реставрации живописного слоя, влажность необходимо еще снизить. Это можно сделать только заменив перекрытия. То бетонное перекрытие, которое сейчас имеется, создает эффект стакана. Разработан соответствующий проект, и мы надеемся, что в этом году работы начнутся.
— Есть ли надежда, что люди когда-нибудь увидят склеп?
— Свое слово должны сказать реставраторы. Пока наша задача — довести его до того уровня, чтобы там можно было провести работы по закреплению живописи. Но, конечно, склеп не предназначен для того, чтобы туда ходили толпы людей. А что касается состояния фресок, то я могу вам показать снимки, сделанные весной этого года. Судите сами.
...И вновь, в который раз, взглянули на меня огромные и печальные глаза древней богини, чье лицо известно сегодня историкам и археологам всего мира. Скрытое в темной глубине под улицами небольшого приморского города, творение неизвестного мастера, пережившее века, для нас, керчан, всегда будет символом бережного отношения к памятникам прошлого, которые так легко утратить и тем самым оборвать тонкую ниточку, удерживающую наше сегодня на бесконечной оси времен...
|
