(публикуется с сокращениями.)
«По просьбе товарищей из Украинской социал-демократии, я могу удостоверить, что по сведениям, доставленным мне вполне заслуживающими доверия местными товарищами, тов. Грамматиков (Черный) принадлежит к Российской социал-демократической рабочей партии и работал в ряде партийных организаций. Женева, 7 июля 1908 г. В. Ленин». Кто же такой Грамматиков, чью политическую благонадежность Ленин аттестует в своем письме? Александр Николаевич Грамматиков, из дворян греческой нации, родился в Севастополе в 1871 году. Является родным братом Екатерины Николаевны Грамматиковой (фото вверху), которая в первом браке состояла  замужем за внуком Ивана Константиновича Айвазовского — Михаилом Латри. Его мама — Олимпиада Павловна, урожденная Лампси, является сестрой Михаилу Харлампиевичу Лампси — зятю Айвазовского. В 1896 году, когда Александр Грамматиков учился в Московском университете, он был арестован за политическую деятельность. В течение двух лет ему было запрещено жить в двух столицах, а так же в любом университетском городе. В 1899 году его вновь арестовывают, но уже в Твери. Некоторое время спустя он переехал в Харьков, где возобновил учебу в университете, а так же и политическую деятельность. По данным полиции, к 1905 году он был связан с большевистским крылом Росийской социал-демократической рабочей партии. С февраля 1902 года по март 1906 года его четыре раза арестовывали, но каждый раз вскоре освобождали. После поражения революции 1905 года Грамматиков, Жук и многие другие русские интеллигенты уехали в эмиграцию. В это время Грамматиков, по-видимому, жил в Брюсселе.
Второго марта 1908 года
С. Е. Виссарионов, директор департамента полиции, обратился в пражское отделение охранки с запросом подтвердить донесение своего агента о том, что Грамматиков (он же Черный Иван Петрович) проживал в Бельгии, изучал производство и применение взрывчатых веществ. Последний раз имя Грамматикова появляется в архивах полиции в декабре 1911 года, когда пражское отделение информировало Виссарионова о том, что социал-революционер Гущин, который проживал в то время в Париже вместе с Грамматиковым, докладывал, что товарищи по партии были озабочены тем, что Грамматиков забросил революционную деятельность для того, чтобы изучать философию. Гущин, которого на самом деле звали Н. И. Метальников, давно был уже агентом русской полиции. Возможно, в результате этого соседства собственные связи Грамматикова с эсерами и полицией укрепились. В 1912 или 1913 годах он вернулся в С.-Петербург, где выступал в роли делающего карьеру юриста с хорошими связями. Он помогал создавать клуб авиаторов, который организовал первые авиагонки из С.-Петербурга в Москву. Среди его близких друзей были Борис Суворин, сын Алексея Сергеевича Суворина, издателя газеты «Новое Время и Сидней Рейли», выкравший из морской судоверфи в С.-Петербурге, где он работал, чертежи немецких военных кораблей для британской разведки. Рейли считал Александра Грамматикова «не только ученным и мыслителем, но и человеком с характером, чья лояльность была вне подозрений». Пути Рейли и Грамматикова вновь пересеклись весной 1918 года, когда Рейли вернулся в Россию, пытаясь там разжечь сопротивление новому режиму. Грамматиков считал, что «правительство находится в руках душевнобольных и преступников, выпущенных из сумасшедшего дома». Используя свои прежние связи, он организовал для Рейли встречу с генералом М. Д. Бонч-Бруевичем (кстати, родным братом управляющего делами Совета Народных Комиссаров В. Д. Бонч-Бруевича), а племянница генерала Дагмара (супруга Грамматикова), танцовщица Московского Художественного театра, позволила Рейли использовать ее квартиру, как «надежное место». С помощью Вячеслава Орловского (он же Владимир Орлов), бывшего раньше в связи с полицией и ставшего сотрудником Чрезвычайной комиссии (ЧК), достал для себя и Рейли документы для поездок под видом чекистов. Рейли, в свою очередь, прочил Грамматикова на пост министра внутренних дел в предполагаемом новом Временном Правительстве, в котором премьер-министром должен был стать Борис Савинков, а военным министром — генерал Юденич. В августе 1918 года Грамматиков и Рейли были в центре так называемого «дела  Локкарта», направленного против большевистского режима. С помощью денег, полученных от неофициального представителя британской миссии Брюсса Локкарта, Рейли подкупил некоторые красные латвийские части для того, чтобы они помогли ему осуществить план захвата Ленина и Троцкого во время намечавшегося в Москве заседания Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета (ВЦИК) и установления военной диктатуры Савинкова. Заседание это было отложено, и 28 августа Рейли приехал в Петроград для консультации с Грамматиковым о реализации своих планов восстания в бывшей столице. Но 30 августа террористы, не связанные с сетью Рейли, убили М. У. Урицкого в Петрограде и серьезно ранили Ленина в Москве. Феликс Дзержинский быстро использовал эти события, как предлог для ареста Локкарта, обыска британской миссии в Петрограде и начала красного террора.
Наиболее удивительно то, что Грамматикову и Рейли удалось быстро покинуть Россию и уехать за рубеж. Последний раз два заговорщика встречались в сентябре 1925 года в Париже, где Грамматиков жил в свою вторую эмиграцию. Этот человек, которого Ленин считал лояльным большевиком, снова организовал заговор против советского правительства вместе с белым генералом
А. П. Кутеповым, экспертом по выявлению провокаторов Владимиром Бурцевым и офицером британской разведки Эрнстом Бойсом. С Рейли Грамматиков обсуждал возможность установления контакта с предположительно монархистской, антибольшевистской московской организацией «Трест». Они не догадывались о том, что монархистская группа была организована ОГПУ. Рейли заманили на советскую территорию, на этот раз назад король шпионажа не вернулся. Ленина, конечно, нельзя упрекнуть в последующей антисоветской карьере Грамматикова. Но факт остается фактом, он поддержал человека, который был в союзе с его политическими противниками — от левых, как Савинков, до правых монархистов.
|
